В другом месте, при рассмотрении причин переворотов в олигархических государствах, говоря о чреватом опасными последствиями заискивании олигархов у толпы, Аристотель отмечает: «Так, например, в Лариссе так называемые стражи граждан (oi ттоХьтофйХакес), избрание которых зависело от черни, стали заниматься демагогическою деятельностью». К этим двум высказываниям Аристотеля можно добавить еще одно, имеющее в виду событие уже середины IV в., однако по существу иллюстрирующее все ту же общую тенденцию. Именно в этой же связи при рассмотрении причин переворотов в олигархических государствах, говоря о случае, когда олигархи вследствие взаимного недоверия вручают охрану города солдатам-наемникам во главе с правителем-посредником, а этот последний захватывает затем верховную власть над соперничающими группировками, Аристотель замечает: «Как это случилось в Лариссе при правлении Алевадов во главе с Симом». Все эти высказывания нельзя воспринять иначе, как указания на то, что в течение длительного времени в Лариссе шла ожесточенная социально-политическая борьба, с возрастающим давлением народных масс на правящую знать, вынужденную идти на уступки и предоставлять гражданские права широким слоям народа, с усилившимся позднее разбродом среди самой правящей верхушки, искавшей выхода в чрезвычайном назначении какого-либо правителя-посредника, который, однако, оказывался способен к опасному превращению в тирана. Аналогичного рода события происходили и в других фессалийских городах, например в Фарсале, где к началу 70-х гг. IV в. сложилась столь опасная ситуация, что охваченные смутой (отаочастаутес) граждане сочли за лучшее доверить охрану акрополя и управление финансами одному почтенному гражданину Полидаманту, который, оказавшись именно правителем-посредником в Аристотелевом смысле, остался верен первоначальному назначению и удержался от опасного соблазна стать тираном (Xen. Hell., VI, 1, 2 сл.). |